ПРОЕКТ КЕШЕР В ИЗРАИЛЕ

Межкультурные размышления.

К неделе толерантности, объявленной Проектом Кешер.

Об этом мы говорили 11/11/16 в Тель Авиве, на форуме координаторов и активистов. Предлагаю вашему вниманию своё, личное восприятие, заменив ключевое слово “толерантность” на «межкультурные размышления». Или “межментальные размышления”. Решайте сами.

 

Межкультурные размышления.

 

– Приходи на чашечку кофе! Я соскучилась.

Договорились о дне. И вот сидим за чашечкой вкусного кофе и кусочком настоящего бисквита, сделанного её всемогущими руками: за что не возьмётся, всё выходит по первому разряду.

Нас познакомила её сестра, с которой вместе работали в начальной школе, арабской. К слову, надо было видеть, как первоклашки и другие, чуть постарше,  хватали мой иврит, а меня учили арабскому! Потом я там не работала, но «химия» с Альхан сохранилась. «Альхан» на арабском то же, что и «лахан» на иврите – сочинение, творение. Имя не случайно, т.к. отец был музыкантом и композитором.

И вот через какое-то время позвонила её сестра, которая решила  вернуться к скрипке. В детстве этому её учил отец. Сегодня Марсель  под шестьдесят, но в Израиле я ничему не удивляюсь – страна демократии 😛 .

Наверное, с год я привыкала к этой ученице, ведь до сих пор мне не приходилось так тесно общаться с ровесницей, родным языком которой является арабский. Приходила к ней держа дистанцию. Подсознательно и чисто по-женски Марсель давала мне понять, что опасения напрасны. Ждала наших уроков с удовольствием. Она занималась года три, урывками, в зависимости от семейных обстоятельств.  Как и  аидише мамэ/бабушка, свою жизнь она подчиняет интересам семьи. А скрипка –  её личная территория, отдушина.  За это время мы сблизились, подружились.

…Этот перерыв в занятиях был длинным, с полгода, и конца ему пока не видно. Сын с семьёй купили по соседству с ними дом, и там был ремонт, который, как и положено ремонту, всё тянется.  А пока он живёт  с родителями со всеми вытекающими последствиями. Марсель  сама не рассказывает, она не любит жаловаться, это я её расспрашиваю.

Сидим в салоне втроём, с её мужем-инвалидом – к дивану прислонены костыли –  беседуем на светские темы, неспешно пьём чёрный кофе из маленьких фарфоровых пиал. Эти приятные интеллигентные люди живут со мною в одном городе, основанном в 1956г. (по инициативе Бен Гуриона: с тем, чтобы усилить еврейское влияние в Нижней Галилее; это было бы альтернативой многочисленным арабским поселениям, включая Назарет). Историю их появления в Нацрат Илите я слышала и ранее, но клочковато, а сейчас представился случай упорядочить информацию.

– Сколько вы живёте здесь?

– Пятнадцать лет.

– А до этого?

Мама Марсель – из Ливана, а Марсель родилась уже  в Израиле. Семья Ханнана жила до 1948 года Бейт Шеане. У них была своя слесарная мастерская и довольно много земли (сейчас там автовокзал). В сорок восьмом году пришли евреи и забрали землю.

– Выкупили?

– Нет, конфисковали, а мы пошли в Назарет в чём были.

– И там, в Назарете, открыли слесарную мастерскую?

– Нет, – Ханнан  улыбается, – мы с братом открыли её в 1975-м, а до этого отец работал на прокладывании  дорог.

Дальше мне история более ли менее знакома: несколько лет назад он получил производственную травму, сломал ногу, сложный перелом, сделал несколько операций.

Ещё мы говорили об  общечеловеческих ценностях и находили точки соприкосновения. Дополню, что это семья израильских арабов-христиан, тех, которые в подавляющем большинстве не хотят делать проблем нашему государству, но хотят здесь жить и работать.

Уроки скрипки прекратились. И если доведётся встретится в городе, мы обязательно улыбнёмся, обнимемся и поделимся свежими новостями, как хорошие друзья.

 

Светлана Цивина, Нацрат Илит.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *